Предлагаем вашему вниманию текстовую версию нового выпуска программы «Дневной дозор» на тему: «Почему в России растет число убыточных предприятий и организаций?». Передача вышла на волнах радио «ПЛН FM» (102,6 FM).
Российская экономика продолжает уверенное развитие. Во всяком случае, так утверждают наши власти. «Да, темпы ВВП снизились, но экономического кризиса нет. Наоборот, наша страна стойко преодолела многочисленные санкции, они нам не вредят, и мы уверенно смотрим в будущее», — такой лейтмотив мы слышим постоянно, особенно в период избирательных кампаний. Нас уверяют, что спада не будет и экономика будет развиваться вне зависимости от внешних влияний и внутренних процессов. Тем не менее статистика эти слова не очень подтверждает. По информации Росстата, за январь-июль 2026 года примерно каждая третья компания в России работала в убыток (убыточными оказались 21,5 тысячи организаций. Их общий объём убытков достиг 6,5 трлн рублей).
С чем это связано? Экономисты выдают разные версии. Одна из них — последствия санкционного режима (макроэкономические показатели все равно влияют на внутренний бизнес). Вторая — ужесточение налогового законодательства и сложный бюрократический характер современной российской экономики, где на бизнес-сектор приходится множество госструктур, которые бдят, контролируют, лицензируют и так далее. В нашей стране построен госкапитализм, где доминирует государственный бизнес, государственные олигархи, а частный бизнес мало кого интересует — если только в виде «дойной коровы».
Еще одна причина стагнации, по мнению экспертов, связана с переориентацией национальной экономики на Восток, в том числе на Китай. Мы туда поставляем сырье, а они нам «впаривают» свою продукцию, в результате чего российский рынок завален дешевыми товарами, а наши производства «стоят». А что по этому поводу думают представители псковского бизнес-сообщества? Почему растет число убыточных предприятий и организаций? Ощущается ли этот тренд в Псковской области? Об этом — в программе «Дневной дозор».
Большинство предприятий Псковской области работают без прибыли, только поддерживая свое текущее состояние и не развиваясь. Об этом президент Торгово-промышленной палаты Псковской области Владимир Зубов знает не только из ежедневного общения с представителями бизнес-сектора, но и как председатель Общественного совета при УФНС России по Псковской области. Как показывает статистика за 8 месяцев 2026 года, при хорошей динамике сбора налогов в регионе очень напряженная ситуация сложилась с налогом на прибыль. У предприятий нет тренда на развитие. За некоторым исключением ни одна компания в этом году новых проектов и вложений не планирует. Владимир Зубов связывает это с целым рядом причин, во главе которых — высокая ставка Центробанка и низкая платежеспособность населения.
«Понятно, что это связано с разными объективными причинами. И не от хорошей жизни Центробанк такими методами — простым увеличением или сдерживанием ключевой ставки — пытается бороться с инфляцией. Насколько эта борьба будет успешной, посмотрим. Но это отражается на сокращении бизнеса и приостановке его деятельности. Этот тренд четко виден. Когда разговариваешь с руководством предприятия, все называют именно эти причины. Еще одна основная причина — отсутствие платежеспособного спроса. Население и предприятия в эпоху такой финансовой, экономической и политической турбулентности больше сохраняют свои деньги на вкладах, в каких-то облигациях и не тратят их. Потому что те проценты, которые дают на вкладах, — я имею в виду доходность от вложений в бумаги, если так можно сказать, — не дает ни одно действующее сейчас производство. Вот, в общем-то, и вся проблема. Никто не хочет работать на склад, и, естественно, поэтому производство не развивается».
По мнению псковского промышленника, директора холдинга NPN Игоря Савицкого, статистика Росстата, согласно которой треть российских компаний работает с убытками, не соответствует действительности. Во всяком случае, в Псковской области, по его данным, дела идут плохо у большинства бизнесменов — в минус работают как минимум 50% предприятий. Промышленник перечислил причины, по которым так происходит, и назвал дальнейшее развитие событий строчкой из песни Аллы Пугачевой «То ли еще будет, ой-ой-ой!».
«Почему такая ситуация? Это, естественно, пресловутая учетная ставка. Она не то что большая — она неправильная. Есть правильная и неправильная ставка. Я даже не обсуждаю, какой она должна быть. Курс рубля и доллара — опять неправильный. При таком курсе у нас весь рынок захватывает Китай. Мы не можем конкурировать с китайской продукцией. Дальше — вывод капитала из страны. Я уже говорю об этом 20 лет. Ничего не меняется. Но тем не менее в стране денег нет. Ну вот сейчас, допустим, пойду в банк или где-то еще поищу денег. Найду я деньги, выпущу продукцию, а мне ее некуда продать, ее никто не покупает. А у нас китайская продукция по неконкурентоспособным ценам — в два-три раза дешевле. Представляете, что такое в два-три раза? Доходит уже до абсурда. У нас комплектующие для любого изделия — металл, допустим, подшипники, сами комплектующие для того, чтобы что-то сделать, — стоят дороже, чем готовый продукт из Китая. Потом уже всех просто достала цифровизация. Системы "Меркурий", "Честный знак" — это огромные затраты для предприятия. Мы очень много времени теряем на эти никому не нужные значки, "Меркурий" и так далее. Часто это просто тормозит бизнес: не можем купить нужный продукт, потому что там нет какого-то сертификата или "Честного знака". Все дошло уже до абсурда, что называется. И издержки в связи с этим у бизнеса, особенно у среднего и малого, очень значительные. А у многих бизнесменов работа вообще просто парализована этой цифровизацией. Я имею в виду малый и средний бизнес. И еще очень важный момент: у предпринимателей сегодня в России нет никакого оптимизма. Мы не видим света в конце туннеля. Это еще чрезвычайно плохо. У всех, по большому счету, опускаются руки, никто не понимает, что делать в данной ситуации, понимаете. Естественно, никто никуда не инвестирует, все сидят и чего-то ждут. То есть правительство у нас очень пассивное. Мы не видим, чтобы наши руководители решали проблемы среднего, да и вообще бизнеса, будем так говорить».
Генеральный директор «Великолукского кабельного завода» Юрий Власюк настроен оптимистично. По его словам, несмотря на то, что в первом полугодии текущего года выпуск кабельно-проводниковой продукции в России упал на 11%, великолукский завод показывает рост и с неплохими показателями завершит весь год.
«Что касается предприятия в целом, работаем стабильно, заказами завод загружен. Но это в большей степени связано с продукцией, которую мы сейчас производим в рамках импортозамещения. Европейские аналоги — это основная сейчас у нас линейка, которая поставляется на предприятия Республики Беларусь и России. Поэтому тот, кто двигается вперед, кто ищет ниши, кто хочет развиваться, работать, что-то внедрять новое, пытается изобретать и выжимать максимум из своего оборудования, человеческого потенциала и компетенций, тот еще может быть на плаву. Единственное, что расстраивает: раньше были заемные средства, и можно было привлекать оборудование, но в этом году, в связи с тем, что деньги дорогие, приняли решение вопрос инвестиций в основной капитал пока отложить».
Между тем для директора швейной фабрики «Славянка» Елены Косенковой то, что сейчас происходит, — очень болезненный вопрос. Лёгкой промышленности приходится нелегко: заказы на предприятиях резко упали, многие швейные предприятия, магазины одежды и обуви позакрывались. Это связано с низкой платежеспособностью населения и с малой востребованностью этой продукции на внутреннем рынке, особенно в сравнении с китайскими товарами. Елена Косенкова также рассказала, как в текущих реалиях умудряется выживать псковская «Славянка».
«Мы - женское предприятие. Когда-то, в советское время, был целый комплекс: была построена швейная фабрика, было общежитие на 460 мест, котельная. Она с территории фабрики сразу была передана городу. Потом детский сад на 240 мест, жилой дом на 44 квартиры. Что осталось от этого? Самое страшное — в России ничего не производится для легкой промышленности. Мы костюмы, пальто делаем, всякую другую продукцию, но ничего для наших предприятий в России не производится. А если что-то и производится, то Свердловский комбинат немножко делает, немножко производит Чайковский в Подмосковье, и чуть-чуть мы взяли в Белоруссии. Но это, может быть, 5% от общего объема того, что нам надо перерабатывать. Стоит вопрос о том, что закупать надо за валюту. Значит, валюту надо заработать или конвертировать. При конвертации снова идет увеличение цены, потому что если я в рублях, это одна песня, а поскольку я перевожу рубли в валюту, я должна заплатить дополнительно. Куда это все пойдет? Эта ситуация, конечно, очень страшная. У людей, к великому сожалению, нет стимула никакого. У меня уже настолько все наболело. У меня свой коллектив, который надо поддерживать: и зарплату платить, и какие-то, может, дивиденды давать, и строить эту котельную, и новое технологическое оборудование надо устанавливать. Мы сегодня спасаемся только корпоративными заказами. Только. У нас сегодня уже как бы не мужская идет коллекция, а детская, школьная форма. Конечно, мы стараемся. Наталья Михайловна — мой первый заместитель, я, коммерческий директор Юрий Павлович, вся наша команда руководителей. Конечно, мы стараемся выжить в это страшное время. Выжить, выжить, выжить».
Судя по статистике, в нашей стране растет не только число убыточных субъектов бизнеса, но и число обанкротившихся. По информации федресурса, в первом полугодии 2026 года суды признали банкротами более 3 с половиной тысяч юрлиц, что почти на 11% больше, чем годом ранее. Рост числа банкротств на своей деятельности ощущает и арбитражный управляющий Ульяна Михайлова. Эта тенденция обозначилась еще в 2024 году и сегодня, по ее словам, набирает обороты.
«Сегодня есть явная тенденция к увеличению числа банкротств, это ощущают арбитражные управляющие. Безусловно, к нам обращаются не только сами должники и не только для того, чтобы мы вступили в процедуру в качестве арбитражных управляющих, временных управляющих или сразу в конкурсное производство. Обращаются и нанимают нас как юристов, чтобы представлять интересы кредиторов или должника, но обстоятельства нам видны одинаково. Явно видно, что с 2024 года бешеными темпами снижается покупательная способность населения. Соответственно, в банкротство приходят не крупные предприятия: они еще пока на плаву, и им до стадии банкротства далековато, если мы говорим о массовом явлении. Но малый и средний бизнес уже на боку, это очевидно. То есть это торговля, мелкое производство каких-то штучных товаров, которые раньше были востребованы и продавались, а сегодня не являются предметами первой необходимости. Соответственно, предприятия заваливаются. Более того, я вам скажу, что удивительно: аптеки начали подходить к стадии формирования признаков неплатежеспособности и банкротства. Я так подозреваю, что уровень цен на медикаменты сегодня не сопоставим с размером доходов населения. Поэтому, когда вы говорите о проблемах неплатежеспособности предприятий, хозяйствующих субъектов малого и среднего бизнеса, это, собственно говоря, уже следствие того, что население нищает».
Держаться на плаву бизнесу сегодня помогают банки. «Альфа-банк» в Псковской области внимательно следит за региональными программами поддержки и старается не просто предложить клиентам продукт, а встроить его в общую систему мер поддержки, чтобы каждый предприниматель чувствовал себя уверенно и имел ресурсы для развития даже в условиях вызовов, подчеркнула региональный управляющий АО «Альфа-Банк» в Псковской области Ирина Баранова. Так, в этом году банк подготовил для предпринимателей региона комплексный набор инструментов, который условно можно разделить на три направления: финансовая гибкость, цифровая эффективность и экспертная поддержка.
«В части финансовой гибкости мы понимаем, что главная задача бизнеса сейчас — сохранить ликвидность. Мы делаем акцент на продуктах с низкой стоимостью входа и возможностью адаптации под денежный поток. Это такие продукты, как займы на пополнение оборотных средств с индивидуальным графиком платежей, где предприниматель может выбрать комфортный для себя режим, например, с сезонными каникулами или отсрочкой первого платежа. Овердрафт для покрытия кассовых разрывов становится подушкой безопасности для тех, у кого есть регулярные поступления. Также хотим предложить специальные условия по эквайрингу и сниженные комиссии для новых клиентов, чтобы уменьшить операционные расходы на старте сотрудничества. В части цифровой эффективности мы инвестируем в развитие дистанционных сервисов, чтобы предприниматели тратили меньше времени на рутину. В Альфа-Банке мы предлагаем расширенный функционал интернет-банка и мобильного приложения: открытие счетов и выпуск платежных карт онлайн, автоматические платежи, а также сервисы по управлению персоналом и бухгалтерией. Клиентам Альфа-Банка доступны умные аналитические сервисы, которые помогают видеть структуру расходов и доходов в реальном времени, прогнозировать кассовые разрывы и планировать закупки. Банк постоянно совершенствует свои сервисы, и на текущий момент запущена новая подписка — "Альфа-Про". "Альфа-Про" — это одна подписка для полной защиты бизнеса от мошенников, убытков, штрафов, проверок и блокировок счета, а также для развития бизнеса — для тех, кто хочет получить все и сразу».
Есть ли свет в конце тоннеля? Доцент кафедры экономики Северо-Западного института управления РАНХиГС, кандидат экономических наук Артем Голубев полагает, что есть. Но для того, чтобы участники процесса его увидели, государство должно сделать определенные шаги в сторону производителя и потребителя. А это, к сожалению, не очень близкая перспектива.
«Должна быть какая-то государственная политика по стимулированию спроса. Сложно, конечно, реализовать ее в краткосрочной перспективе, потому что должны расти доходы населения. Но рост доходов населения — это проблема для предприятий, потому что растут издержки, увеличивается себестоимость продукции из-за того, что возрастают затраты на рабочую силу. Это палка о двух концах. Значит, надо заботиться о повышении производительности труда. Государство должно делать определенные шаги в области стимулирования роста производительности труда, предоставляя налоговые и иные льготы. Короче говоря, это точно не на полгода. Это работа, растянутая, наверное, на годы. Пока, наверное, приоритеты государства все-таки несколько смещены в другую область. Поэтому очевидно, что пока ждать каких-то перемен с точки зрения стимулирования спроса сложно. А если говорить о ставке ЦБ, то очевидно, что, пока у нас высокий уровень инфляции, ЦБ не будет ее снижать. И, в принципе, это логично, иначе инфляция будет еще больше разгоняться. Так что можно сказать, что оживления стоит ждать, наверное, только в 2027 году. Вопрос только в том, в первом или втором полугодии. Наверное, пока не видно каких-то оснований для изменений. Посмотрим, может быть, через наших коллег в администрации президента США, если они активно поучаствуют в каких-то переговорах, ситуация с этой точки зрения может измениться».
Как показывает наше общение с экспертами, заявления властей об устойчивом развитии российской экономики, мягко сказать, расходятся с данными статистики и реальным положением дел в бизнес-секторе. Наша страна с 2022 года живет в условиях СВО и жесткого давления западных санкций, и было бы удивительно, если бы на этом фоне наш малый, средний бизнес и крупные промышленные предприятия процветали и развивались. А значит, надо подождать, когда цели СВО будут достигнуты, и наше государство поменяет свои приоритеты с этого направления на рост платежеспособности населения и поддержку бизнеса.
Татьяна Иванова